...Буша - "освободителя", даровашего независимость Косово.
Получил от ребят хронику событий месячной давности в Северной Митровице, когда происходил захват - освобождение здания суда.
Начну понемногу публиковать здесь. Думаю, лишний раз будет занятно посмотреть действия стратегов и тактиков "от сохи", кто заварил тогда всю кашу.

В сербской деревушке электричества не было 15 часов к ряду. Потом дали на 1 час и снова отключили. Сербы грустят и смеются. Грустят потому, что без «струи» плохо. Все же неотъемлемые блага цивилизации.
А веселятся из-за того, что им по кайфу прикалываться над «шиптарами», т.е. албанцами:
- Эва шиптары волят направить свою державу на Косово. А за струю ничто не могут радеть сами. Маймуны…
Действительно, официальные сводки на местных сайтах сообщают, что в г.Обличе, где расположена местная ТЭЦ, вода затапливает объект. Якобы, даже основная секция «А» не может нормально функционировать, выдавать электроэнергию «на гора».
Может быть, может быть…
Только мне вот постоянно вспоминается маленький серб с 2002 года. Он работал простым инженером всю свою сознательную жизнь на той самой электростанции.
- Маркус, не было никаких проблем, когда сербы поддерживали местную инфраструктуру, - рассказывал мне маленький «сербушка».
– Шиптары, особенно в регионе Печ, месяцами не платили за электричество. И ничего. Снабжали их электричеством, «сирых и убогих», не отключали от тепла ни зимой, ни летом…
У Серба осталось в Обличе два дома. Один его, другой отцовский. Когда в 2002 я привозил его с сыном глянуть на «свое жилье», то лучше всего та тяжелая картинка иллюстрировала ситуацию – «все потеряно, все».
В одном доме жили албанцы. В другом какие-то цыгане.
- Нема пары (денег). Ничто тебе не можем платить за стан, - безапелляционно заявляли новоселы - албанцы в сербском жилище.
Маленький серб хмуро, со слезами на глазах осматривал когда-то личные владения. Нельзя дважды войти в одну и ту же реку. Нельзя забрать то, что отнято силой… «Большая Сербия» платила его семье компенсацию за дом и кусок хлеба где-то под городом Ниш. Но что эти копейки значат, если потеряно свое, собственное жилье?
А в Косово так и господствует «музыка электрогенераторов» и «романтичное» пламя свечи в ночи. Фотка внизу не моя, но правдивая.

Скоро 2ая годовщина мартовских погромов в Косово. В 2004 году я застал эти события на земле опаленной Автономии. Понервничал, но обошлось. А вот мой первый лендлорд – Милан с супругой (на фотке внизу), у которого я снимал жилье в 2001 году, хлебнул лиха. Думаю, что в середине марта он поднимет рюмочку ракии за то, что остался жив. Только седин прибавилось у мужика.
Когда албанцы пошли громить сербскую улицу в смешанном городишке недалеко от Приштины, Милан был дома. Пока погромщики не успели еще ворваться внутрь, серб и его жена укрылись в сараюшке, в угольной яме. Оттуда наблюдали, как вылетают стекла, а внутри бесчинствует толпа.
Албанцы заглянули и в сарай. Там было темно, но беглецы сидели тихо. Не тронули их. Когда толпа схлынула, супружеская пара огородами, в одной домашней одежке и тапочках уходили в сторону Ново Село (Сувидо). Мира (супруга Милана) долго болела на нервной почве. Хорошо, что успели еще до погрома купить угол в Большой Сербии. А так – труба. Мыкаться по чужим домам оставшуюся жизнь.
Интеллигентная, добрая семья. Милан в прошлой жизни инженер. Мира – воспитательница в детском саду. Всегда с удовольствием вспоминаю встречи с ними. И дочки у них тоже, ничего.

Пригнали сегодня мою машинку с городка ВРАНЬЕ. Правда, правда, есть такой в Сербии. Вот название латинскими буквами - VRANJE. Благополучно вновь зарегистрировали, сделали ТО и застраховали. Я нервничал. Братцы – кролики – лихие (или бестолковые) «возилы». За последние пол года две своих тачки разбили. Я им наказывал, балбесам, чтобы аккуратно обошлись с моей. Дорога – то фиговая. Ну, и что вы думали? Сижу, рассчитываюсь после осмотра всех предоставленных ими документов. Милан молвит, помнувшись:
- Маркус, там это, задняя скорость не включается…
- !!!! У меня весь год включалась, а вы прокатились 100 км и уже капут?
Отводит глаза.
- Ладно. Сейчас к мастеру подойдем, все исправит.
Блин, я не спец в авто, но испугался, что произошла поломка в коробке передач. Тогда все серьезно и надолго.
Мастер посмотрел, поковырялся, успокоил.
- Зайди через час, все сделаю…
Время – 14.00 по местному. «Струю», то бишь электричество только что вырубили. Привычно, но не приятно.
Заглянул в гости к своему лендлорду. Мужик стал жаловаться, что вся техника у него встала и ничего не работает. И генератор, и электрика в машине, и любимый кофейный агрегат…
- Драган, кончай грузить своими проблемами. Понедельник – день тяжелый. Наверстаешь, при желании.
Лендлорд виновато засуетился, выставил на стол пиво и свою любимую свининку. Час за разговорами прошел незаметно. Мастер подогнал машину к дому. Ничего серьезного. Все отремонтировал. Мелочь, а приятно. Хрен кому еще свою «тачку» дам. Хм, до следующего техосмотра.
А струю так еще и не включили. «Музыка» генераторов заполняет все деревенское пространство.

Навеяно последними постами Евгена о дамах и пр.
Заметил странную особенность за собой в процессе вождения. Стоит только посадить в машину попутчицу и завязать приятный разговор, как обязательно окажешься в нескольких мгновениях от аварии. Сегодня было именно так. Уже второй раз.
Подсадил двух девушек. Студенток. Сербки. У меня в машине русская музыка играет. Дамы слегка растерялись, переглянулись и завели стандартный разговор, мол, откуда ты и т.д.
Дорога сырая, грязная, извилистая. Еду, вроде, медленно. На повороте притормаживаю, но меня ведет вперед, не вписываюсь. Конечно, в этот момент мне навстречу другая машинка ползет. Остановился в нескольких сантиметрах от ее бампера. Вышли, покалякали с другим водителем, типа, извини брат, все обошлось. Монтировками не размахивали.
Сажусь обратно в машину. Соседка спрашивает:
- Ты всегда так видишь машину?
- Не, только когда попутчиков беру, - отвечаю без задней мысли (но это действительно так).
Дамы надулись. До Грачаницы (сербский анклав) молчали. Жаль. Я ведь только сказал правду.

Окончание. Начало смотри в предыдущем посте.
В один прекрасный день биография Драгана на земле Косово сделала такой же поворот, как у многих тысяч других косовских сербов. Его семейство решило, что на пост конфликтном пространстве, в окружении враждебной настроенной нации албанцев «ловить» больше нечего.
Я стал замечать в гостях у Драгана посторонних людей. Это были потенциальные покупатели на оба дома. Их расположение почти в центре города гарантировало определенный интерес в смысле купли-продажи. В Германии, Швейцарии албанцев всегда проживало и работало много. Но все они хотели иметь угол поближе к своим соплеменникам, а потому долго и упорно копили деньги именно на такие вот покупки.
Наконец, Драган мне объявил:
- Маркус, через три недели мы съезжаем. Жилище продано, новые хозяева разрешили мне, не спеша, собраться и перевезти свои вещи на новое место. Я помогу тебе снять другое жилье.
Почти без перехода он уточнил:
- А ты поможешь мне с переездом?
Конечно. Какие проблемы, Драган?
В последний день, когда после суеты сборов и погрузки, грузовик с вещами ушел в направление Сербии, я проводил своего лендлорда с сыновьями на сербское кладбище в центре города. Его навещали редко, вокруг живут одни албанцы, сербы если приходили по праздникам, то лишь в сопровождении КФОРа.
Но человек хотел попрощаться со своими усопшими родственниками, а потому, я под благовидным предлогом отпросился со службы, чтобы сопроводить Драгана к старым могилам. Подробности описывать не стоит. Вы понимаете, что сербы уезжали насовсем и не знали, в каких обстоятельствах, и в какое время им снова получится побывать на погосте.
Грустно почему-то часто идет рядом с прикольным. Например, вам доводилось видеть 330 тысяч полновесных швейцарских франков, завернутых пачками в обрывки газеты и сложенных в обычную сумку – авоську, с которой во времена развитого социализма мы ходили за хлебом или сдавать пустые бутылки? Я видел. Это Драган, не мудрствуя лукаво, сложил так все богатство своей семьи, накрыл какой-то тряпкой сверху, приготовившись для отправки в метрополию.
Когда уже в нейтральной пятикилометровой зоне, разделяющей край Косово и Сербию, в направлении пограничного перехода «Канчули», я последний раз пожал Драгану руку на прощание и провожал взглядом его массивную фигуру вместе с Ранкой, до меня дошло очевидное:
- Блин, Маркус, а ведь вам крупно повезло. За такие деньжищи могли лихие люди срезать одной автоматной очередью всех троих и забрать деньги без пыли и шума. Вот уж действительно, извечный русский «авось, не бойсь и как-нибудь».
А Драган шел, не спеша, помахивая авоськой с деньгами, приближаясь к посту сербских пограничников. Главное, вышел живым из Косово в том уже далеком 2002 году.
Больше я его не видел. Как рассказывали общие знакомые, мужика чуть не посадили, уже в Сербии. Был замешан в каких-то грязных делишках, причем в отношении своих же, сербов. Только заступничество могущественного брата да выплаты «терпилам» помогли ему избежать срока и места на нарах.
Вот такой кусочек биографии обыкновенного косовского серба, которому «повезло» в этой жизни не больше и не меньше своих соплеменников, обоженных войной.

Продолжение. Начало смотри в предыдущем посте.
Менталитет Драгана мало чем отличался от менталитета его земляков – соплеменников. Он люто ненавидел албанцев. Причем мотивировал свою ненависть личной обидой. Как-то в период войны его машину остановили УЧКисты. Не убили, но двинули прикладом автомата. В результате Драган остался без трех верхних зубов. Их отсутствие он часто любил мне демонстрировать, вспоминая прошлые времена. Но, зная пристрастие своего лендлорда к ракии, я могу предположить, что зубы он потерял в банальной пьяной разборке или же попросту упал неудачно. Проверить любую версию достаточно трудно.
Поражала «религиозность и набожность» Драгана и его семьи. Я закавычил оба слова лишь по одной причине. На практике, любой религиозный праздник оказывался лишь возможностью посидеть – выпить. В церковь Драган ходил редко. Хотя, до нее было метров 300, не больше. Причем, действующая, не разрушенная. Кроме улыбки, ничего больше не вызывала его фраза:
- Маркус, данас велика слава. Зачто идешь на посо? (Сегодня праздник. Зачем идешь на службу?). Айда едну ракию испивем.
Я знал, что к обеду Драган будет сильно навеселе. Ракии закиснуть – пропасть никогда не удавалось в его доме.
Относительная дешевизна, комфорт и безопасность проживания у сербов всегда «компенсировались» выполнением различных просьб, связанных в первую очередь с транспортировкой семьи по округе. Да, у самого Драгана тоже была машина. Но ее регистрационные номера начинались на GL. Во всем Косово албанцы с подачи администрации МООНВАК перешли на KS. Понятно, что сербский транспорт со старой аббревиатурой был для албанцев как бельмо на глазу. Относительно безопасно можно его использовать только в пределах сербских анклавов. В зоне проживания албанцев очень легко водитель-серб мог нарваться на «стаю» камней, а в худшем варианте – на пулю. Поэтому, я привык к многочисленным просьбам, типа:
- Маркус, поехали в д. Будрига, там мама – папа соскучились.
- Поехали, навестим кума в д. Кусце. Он кабана заколол. Заодно мяском побалуемся.
- Маркус, когда едешь в Грачаницу? Захвати нас.
Мне не жалко. Машина служебная, дизель казенный. Садитесь, поехали, если время у меня есть. Страна «ООНия» не обеднеет от не целевого использования своего автотранспорта.
Правда, халява всегда заканчивается. В начале 2002 года комиссар издал строгое распоряжение, запрещающее любую транспортировку гражданских лиц, не имеющих отношения к работе в структурах МООНВАК. За выполнением данного распоряжения следили UN security. Если тебя ловили с посторонними гражданскими лицами в салоне служебного авто, то ты автоматически становился объектом служебного расследования. Приятного мало.
Приходилось рисковать и «шифроваться».
- Драган, ты будешь в случае проверки переводчиком, - наставлял я своего лендлорда. – Если нас остановят для проверки, говоришь на английском, что забыл свою «айдишку» (удостоверение переводчика) дома. Я записал ему эту фразу и заставил несколько раз повторить.
Драган согласно кивал головой, дышал перегаром и забирался на переднее сиденье. «Переводчик» еще тот. В смысле постоянного «перевода» крепких напитков из бутыли в желудок.
- Ранка (жена Драгана), в случае шухера (проверки) – ты будешь потерпевшей. Мы везем тебя из деревни на полицейскую станцию для оформления письменного заявления.
Ранка молчаливо соглашалась и затихала на заднем сиденье. Я ни разу не видел, чтобы она ругалась с Драганом. Пьяным или трезвым.
Впрочем, нам везло. ООНовские проверяющие нас ни разу не тормознули.
Окончание следует.

Переезжая на новое место службы в июне 2001 года, я знал о том, что жить буду только у сербов. В принципе, никакой дискриминации или же других предпочтений здесь нет. Как заметил справедливо Ибрагим – у сербов не воруют. Не помню я за все время пребывания в миссии, чтобы кто-то из друзей – знакомых мне сказал, что его обворовали в сербской куче. У албанцев подобные ЧП встречались регулярно на постое.
Драган выглядел импозантно. Среднего роста, коренастый, с большим пивным брюхом, с лицом, отчасти напоминающем Шрека. Любитель выпить и вкусно покушать. А ведь когда-то был футбольным судьей и даже хвалился мне старыми фото. Но все проходит. У бывших спортсменов, наверное, принято заплывать жирком. Со временем.
Дом располагался на тихой городской улице. Причем, даже два дома. Сначала ты проходишь под аркой одного. Пересекаешь маленький дворик, и оказываешься в апартаментах у Драгана. Его семейство располагалось на первом этаже. Я снимал второй. Соседний дом, с арочным входом, принадлежал двум братьям Драгана, которые к тому времени давно жили в Сербии. Уехали в метрополию сразу после войны, оставив всю недвижимость на попечение среднего брата.
Нас было два «станара» (квартиросъемщика). Я жил у Драгана. Американец Роб, работающий в одной из многих неправительственных организаций, которых в Косово существовало (да и сейчас, наверное, есть), как блох на барбоске. Больше всего мне нравилось данное жилище летом. С одной стороны, небольшая экзотика. В 5 часов утра в ближайшей мечети начинал орать мулла. Ее огоньки на самом верху отчетливо виднелись с моего балкона. Можно было еще подремать чуток, но летом я вел здоровый образ жизни. Бегал по утрам. Одно время перестраховывался. Старался всегда прятать под футболкой, на шортах пистолет. Но он противно колотил по бедру в процессе пробежки.
Поэтому, я отказался от такой подстраховки. Ничего, нормально. Меня не поймали и не съели злые албанцы, не смотря на то, что мои русые волосы прямо-таки кричали о национальной принадлежности. А ведь это был 2001 год.
Идиллия существования начиналась теплым (а то и жарким) летним вечером. Драган, его семейство коротали время в закрытом дворике. Его размеры между двух домов составляли, от силы, 15 на 20 метров. С дороги не видно. Я знал, что Драган пригласит меня за стол. Поэтому, по дороге домой обязательно покупал бутылку красного вина, пиво или арбуз. Под настроение – все вместе.
Американец Роб, если вечером был дома, тоже спускался к столу. Все было тихо и мирно. Никаких тупых реплик, подколок (в первую очередь для Роба. Он же из стана «оккупантов»). Нормальный отдых людей после рабочего дня.
Продолжение следует.