Дорогие друзья, постоянные читатели и читательницы,
Всем огромное спасибо за поздравления и теплые слова, что были в ваших сообщениях и комментах в мой адрес. Служба, форма и погоны уже давно позади, но тем не менее, 23 февраля всегда возвращает нас, служивших когда-то мужчин (возможно и дам), в те времена, что были окрашены только в два цвета - черный и белый, приказ и его выполнение.
Что бы не говорили про нашу российскую армию, но стержень в душе и характере очень часто приобретается именно там, за 4 стенами забора, окуржающих воинскую часть или на этажах казармы.
В тепле учебных аудиторий и квартиры может появиться - зародиться и вырасти только тепличный овощь. На полигоне, на плацу и в казарме появлется сильная ветвь терновника, способного (если выживет) бороться за место под солнцем всю свою последующую жизнь.
Давайте сегодня выпьем в кругу наших друзей, коллег и сослуживцев, что б 23 февраля был в душе каждого из нас не просто праздником, а тем положительным примером биографии, который помогает нам двигаться вперед и быть конкурентноспособным.
За всех вас, дорогие коллеги, кто способен защищать, помогать и не сдаваться в нашей нелегкой жизни!

Окончание. Начало смотри в посте «А 23 февраля – лучше, - 4».
Самые приятные воспоминания о праздновании 23 февраля у меня остались с тех дней, когда еще носил милицейскую форму. Странно, но эту дату отмечали даже веселей, чем 10 ноября. Со временем я «просек», в чем там дело. Начальник управления охраны, где я служил, (он же в простонародье – «папа» или «дедушка») давным - давно был доблестным бойцом Советской Армии. Когда к 200-летию МВД пытались сделать музей ВО, то у меня (как ответственного за сбор экспонатов) скопилось много всяких материалов. В том числе фотоснимки, где «папа» позировал молодым доблестным старшим сержантом перед камерой. Со взором горящим и косой саженью в плечах.
Среди офицеров управления бывших армейцев в разных отделах служило почти что половина от штатной численности. Конечно, данный факт, отчасти, влиял на рабочую ауру. «Папа», будучи в прошлом коммунистическим аппаратчиком в обкоме КПСС, старался все же показывать приверженность служебным традициям. 23 февраля он чтил. Не смотря на его холодное (мягко говоря) отношение к психологической службе, я уважал желание шефа сделать праздник, действительно, праздником.
- Таак, ну, что у нас завтра? Все традиционно? – вопрошал «дедушка» 22 февраля на итоговом совещании, где обсуждали вопросы организации и контроля службы.
- Да, конечно, товарищ п-к, - быстро отвечал зам по тылу. – Автобус для сотрудников готов. Мангал, продукты и все остальное – тоже.
- Тогда завтра, в 10 часов, без опоздания сбор у входа в управление. Машина будет ждать, - наставительно произносил «дед», заканчивая совещание.
- Товарищи офицеры, - командовал замначальника УВО…
Настроение, действительно, было праздничным. 20 числа каждого месяца в милиции регулярно выплачивали зарплату. На праздник «папа» обязательно выписывал всем премию. Сотрудники каждого отдела, прежде чем уйти домой, запирались по кабинетам и выпивали свои предпраздничные 150 грамм. Жизнь казалась прекрасной и удивительной. Тем более, за время службы в охране я ни разу не попадал на 23 февраля ответственным или в комендантский патруль.
На следующий день я брал вместе с собой сына. К 10 часам утра народ толпился у автобуса в предвкушении развлечений на природе. Уезжали традиционно в Загородный парк. Традиция была старая и устойчивая – в излюбленных местах раскидывали палатки, ставили мангалы и походные столики представители разных служб УВД. Играла музыка, шли эстафеты, конкурсы, вручались призы. На праздник стекалось около тысячи человек сотрудников и их родственников.
«Папа» всегда стремился показать свою хорошую физическую форму. Когда мы дегустировали шашлык и уже опрокидывали по второй – третьей, он появлялся откуда-то из леса. На лыжах, припорошенный снежком.
- О, Владимир Л-ч прибыл, - подмечал шефа кто-нибудь из его замов.
«Дед» демократично брал предложенный пластиковый стаканчик, дожидался тишины и внимания, «толкал» длинный тост за процветание охраны. Его внимательно и с почтением выслушивали, присоединялись к пожеланиям и здравицам.
Солнце, музыка, легкий морозец, дым костра и запах шашлыка, визги довольных детей, которых здесь же катали на санках, давали полазить по пожарной машине, посидеть да рулем патрульного автомобиля с мигалкой – все это осталось теплым воспоминанием о праздновании Дня Защитника Отечества в период милицейской службы. А фотка в обнимку с сыном, сделанная на том же гулянии, до сих пор среди моих самых любимых напоминаниях о тех временах.

Продолжение. Начало смотри в предыдущем посте.
Самые противоречивые впечатления от встречи 23 февраля осталось с тех времен, когда уже сам носил офицерские погоны. Начало 90х. Времена правления Ельцина – иуды. Какая его связь с праздником? Самая прямая. Откуда у офицера могло быть хорошее настроение, если накануне ты не то, что премию – пайковых не мог получить в те времена? Сухие поздравления начальства, которое само находилось не в лучшем положении. И все.
Тем не менее, служба продолжалась. Тянул лямку за себя и того парня, чье место в батальоне (роте) оставалось вакантным.
- Третья рота, кто ответственный на 23 февраля? - спрашивал комбат на совещании офицеров.
- Маркус, - невозмутимо говорил мой ротный.
А кто ж еще? В подразделении 2 офицерских должности – «некомплект», один человек на больничном, один в карауле. «Любимый личный состав» без контроля не оставишь.
В 6.30 утра праздничного дня дежурный «ГАЗон» собирает ответственных офицеров в определенных местах маленького городка. Забрасываешь свое тело в холодный кунг, здороваешься со всеми, поздравляешь коллег с праздником. Витя Р., мой ровесник и тоже «старлей» служит во второй роте. Нам с ним вместе «развлекаться» в казарме до 11 часов вечера.
Витька отчаянно зевает. Спал несколько часов. Подкалываю его:
- Вить, ну как, на лыжах сегодня побегаем?
Коллега морщится, словно от зубной боли. Ему явно «не светит» выходить из теплой канцелярии. Но он знает, что соревнования по лыжам запланированы. А значит, надо хотя бы немного самому прокатиться с бойцами…
- Дежурный по роте на выход, - кричит дневальный, лишь только я переступил порог ротного расположения.
Утренняя казарма встречает незабываемым «букетом» запахов и звуков. Храп, стоны, вонь портянок, звон ведер и шум воды из умывальника.
- За время несения службы никаких происшествий не случилось, - это самое лучшее, что можно услышать от дежурного по роте в начале рабочего дня.
О празднике напоминает стенная печать – газета с бравурными статьями об «отличниках» боевой и политической подготовке, примерно такие же, похожие друг на друга «боевые листки» (интересно, их еще продолжают рисовать – писать сейчас, или все отменили за ненадобностью?). Ну, и конечно «План мероприятий праздничного дня». Куда ж мы без плана и без планирования?
В консервативной армейской системе ничего не меняется. 23 февраля обязательно «праздничный развод личного состава». Поздравления замполита. Конкурс строевой песни. Слава богу, что не очень холодно. На морозе поорать (петь – не поворачивается язык так сказать) – святое дело.
Соревнования по лыжам. В каждой роте их набрали как раз на один взвод. Замечательные «дрова». Но 5 км пробежать можно. Логика – то всегда одна и та же – не надо показывать высоких результатов. Главное, чтобы л\с зае-ся. И не думал ни о чем дурном, типа пьянок и самоходов.
После обеда конкурс художественной самодеятельности. Таланты в ротах есть всегда. Гитаристы, баянисты, солисты, юмористы… Куда там Баскову и Шифрину….Главное вовремя обнаружить эти таланты и заставить работать на благо. Чье?
Наконец, самое желанное и стандартное в любом праздничном плане – просмотр видеофильмов. Бойцы рассажены в тапочках «на взлетке» перед телевизором. Дежурный по роте принес расход личного состава. Все на месте. Кто покрепче – радостно ржет над перипетиями комедии. Кто устал – клюет носом. Отдыхайте, ребята…
- Витя, зайди на огонек, - звоню я коллеге в соседнее подразделение.
Витька знает, зачем. Он приносит кусок копченой колбасы и сало. Дневальный заносит в канцелярию тарелку с жаренной рыбой, хлеб. Запираем дверь.
- Ну, что за наш профессиональный праздник, - не мудря лукаво, предлагаю я Витьке.
В стаканах плещется по 100 грамм. ЭТО НАШ ДЕНЬ. Пусть мы на службе, но свои обязанности выполняем честно, не смотря на то, что Родина – мачеха забыла, что служивым людям иногда и денежку платить надо.
Праздник закончился. Все тот же промерзший «ГАЗон» выбрасывает нас у офицерской общаги. Время близко к полуночи. Я захожу в свой закуток на 5ом этаже. Где-то слышны отголоски музыки, женский смех, визги… У нас тихо. Ребенок сопит в постели. Жена сквозь сон говорит – «Ужин на столе».
Под салфеткой кроме нехитрой снеди стоит еще флакон туалетной воды. Мой подарок. Спасибо, дорогая.
Так было. Давно. В прошлой жизни.

Продолжение. Начало смотри в предыдущем посте.
На финише народ шатается, ходит кругами, падает на обочину, плюется, как тот верблюд…
- Ну, что, устали…- сакраментально - нежно спрашивает «Маня» – Эдик Манчук («замок», погиб в 1992 году).
- Эдик, ну, не хер собачий, 10ку пробежали, причем на совесть, огрызаются курсанты.
«Маня» проходит среди скорчившихся тел подчиненных.
- Встать! Никому не курить, - командует маленький старший сержант. Он служил, он знает, ЧТО не надо делать после таких бегов…
Постепенно приходим в норму. На финише появляются последние аутсайдеры. Радик измывается над ними, насколько можно делать это вежливо, без унижения «слабаков». Тем более, они и так прекрасно понимают, что каникулярный отпуск становится для них чисто гипотетическим понятием.
Ура, праздничный обед. Прикидываем, кто сегодня у нас в увольнении. Курсантов с довольствия снимали не всегда на дни увольнения. А, значит, материализуется простая – практическая вещь – за обеденным столом 2 человека могут «умять» пайку за 4ых, например. И это будет вполне нормальным феноменом – мелкой радостью праздничной даты.
Вечер. Ротный, не выдержав, заехал в курсантскую казарму. Поздравил. Понюхал. Все в норме. Никто, ни капли.
- Дежурный, что по плану мероприятий, - спрашивает наш «кэп».
- Просмотр видеофильмов, - докладывает сержант.
Ротный слегка кивает, мол, занимайтесь, и уходит в канцелярию.
- Рота, рассаживаемся перед телевизором, - орет дневальный.
Все. Можно расслабиться. Больше заморочек в честь праздника не будет. Шлепанье тапочек и стук табуреток о бетонный пол радостно наполняют помещение казармы. Жизнь прекрасна.
- Ну, и что же здесь хорошего, в чем «фишка» праздничного настроения, - спросит иной блогер?
Тогда мироощущение было иное. Праздник, в том числе и 23 февраля, не ассоциировался со спиртным или застольем. Сильное влияние на нас, курсантов, оказывали старые «полканы» с кафедры тактики, огневой подготовки. Битые жизнью, имеющие по 25-30 лет выслуги за плечами, прошедшие Афган, служившие советниками на Ближнем Востоке, эти офицеры казались нам незыблемыми авторитетами.
Поэтому, 23 февраля, тогда еще день Советской Армии, ощущался в первую очередь праздником тех седых людей, кому армия стала частью личной биографии. А молодежь, курсанты находились в начале своего служебного пути, принимая как должное учебно-праздничные будни.
В любом случае, все равно, есть что вспомнить.

Продолжение. Начало смотри в посте от 14 февраля.
«Десятку» бежать тяжело, даже очень. Не, если ты КМС по бегу, какому-нибудь многоборью, твоя «дыхалка» работает, как часы в промежутках между затяжками «Мальборо», то конечно, в спортивном костюме и кедах, ты эту дистанцию «сделаешь» легко. Но вот если ты обыкновенный смертный, который никогда не «косил» уроки физкультуры в школе, а потом занятия по «физо» в армии, то данная дистанция дается на пределе возможностей организма. Знаешь, что на 4ом км бега в сапогах портянки обязательно собьются в комок, сатиновые солдатские трусы начнут натирать все самые интересные места, и в конченом итоге ты проклянешь тот день, когда поступил в военное училище, на службу любимой Родине…
- Третий взвод – строиться на старте, - угрюмо командует Радик.
Поправляем номера на груди и спине. Договариваемся, сколько км бежим вместе, одной «кучей». Потом можно уходить в отрыв. Все же на данном кроссе нет принципа – «один за всех и все за одного». Эта «фишка» работает на марш-бросках взвода - роты, когда результат определяется по последнему участнику.
Первые км не замечаешь окрестной жизни. Цивильные граждане смотрят расширенными глазами на «загнанных лошадей» - курсантов. Мы пугаем редких февральских обывателей натуженным хрипом, редким матом, тяжелым дыханием… А как же? «Бегать, как лошадь, стрелять, как ковбой (индеец)» – все это наша молодость, выбранная добровольно. Тем более, в честь профессионального праздника – 23 февраля…
Сбитые портянки укладываются нужным образом в сапоге. Прорвемся, мон ами... Нужный темп, дыхание и скорость четко заданы ритмом забега. Знаю, что буду в первой пятерке на финише. Иногда, во рту чувствую солоноватый вкус крови. Легкие работают на пределе. Только вперед!
Завтра будет поздно. Знаю, что ротный с удовольствием зачитает списки двоечников - неудачников…Что? Я могу, я – первый…
Нет, первым я не был. Звиздеть не буду. Но в первой пятерке приходил всегда. «Радик», наш вечный укор физической немощи щурился, глядя на свой секундомер…
- «Слон»…**** минут…, финиш!
Праздник 23 февраля продолжался. Still alive…, духи…

Сегодня еще празднуют день Св. Валентина, но я сошелся во мнении с некоторыми знакомыми блогерами, что это все же чуждый праздник в России. Относительно, конечно. По календарю через 9 дней – 23 февраля. Лично для меня, сколько себя помню, вокруг этой даты каждый год концентрировались, в основном, позитивные события. А потому, после новогодних праздников я с трепетом отношусь именно к 23 февраля. Почему? Попробую пояснить - рассказать.
1. Школьные годы, вроде бы не актуальны. Однако, традиция была четкая во времена Союза (во всяком случае, в моей школе). На 23 февраля в классе девчонки организовывали вечеринку – дискотеку, на 8 марта мальчишки делали ответный шаг.
- Маркус, ты отвечаешь за порядок, - постоянно говорила мне, как старосте, наша классная руководитель.
Интересно, а сейчас к 23 февраля – 8 марта в школах что-либо празднуют? Или полный пофигизм – пацифизм?
2. Один день 23 февраля я застал и во время срочной службы. Все было в контексте классики жанра под названием «Красная армия» – «Что ни праздник – то спортивный, что ни отдых – то активный, что ни фильм – то про войну». В наряд я тогда не попал, а потому, все шло по накатанному сценарию – бегали кросс (правда, всего 3 км), потом подтягивались, потом гири, перетягивание каната. Короче, к обеду уже порядком за-сь солдаты. Правда, что в части, что в военном училище позже, всегда праздничный накрывался стол. Относительно, конечно. Без деликатесов, но съедобный. После обеда – художественная самодеятельность. Мне слон на ухо наступил, поэтому, при отсутствии музыкальных способностей, заставляли читать стихи. Вечером просмотр того самого кинофильма, про войну. Кто помнит, были такие патриотические фильмы – трилогия: «Фронт за линией фронта». «Фронт без флангов», «Фронт в тылу врага» и т.п. О партизанах.
- Маркус, не спи, - злобно шептал мне в зрительном зале сержант, отвешивая «варкушку» (это такой удар ладонью по лбу. Не больно, но звучно получается. Рядом все соседи ржать начинают, услышав хлопок).
Ну, как же в теплом клубе и не спать? Все спят. Вот только попадаются лишь те, кто храпеть начинает.
3. В военном училище будущих «товарищей офицеров» на 23 февраля заставляли «отдыхать» по полной программе. На общем разводе «папа Аунапу» - (начальник училища) и его зам – п-к Вишневский говорили какие-нибудь банальные вещи. Ну, как поздравляют с любыми праздниками? Гордо, весело или наоборот, напыщенно. Вручают новые лычки, грамоты, памятные подарки…Все хорошо. Потом, кто не ушел в увольнение или не заступил в наряд – «ребята, я не виноват!» Тощие два метра (роста) под-ка Радиковского (в курсантском обиходе – Радика) сиротливо сменяли на плацу главных начальников. Радик (дай бог ему здоровья, если жив еще), как начальник кафедры физической подготовки, угрюмо доводил до личного состава время и дистанцию забега.
- Шестая рота, 10 км по периметру училища, в 12.00 старт первого взвода.
- Биляяять, - «радостно» шелестело по курсантским рядам.
Праздник 23 февраля в училище только начинался.
Продолжение следует.