Продолжение. Начало смотри в прошлом посте.
С большим трудом, на ходу отрывая от себя цепких сельских ребятишек и отнимая у них своё оружие, вырываюсь на улицу, почти бегу к машине.
Вся процессия высыпает наружу и демонстрирует желание так со мной вместе и перемещаться.
Я прыгаю в машину и отправляюсь в Митровицу.
Крутя баранку, языком трогаю свой зуб и вспоминаю старика доктора. Не легко мне будет. Мой опыт подсказывает, что французы тоже не великие полиглоты. Только они ещё и по - сербски не говорят.
- Кирдык моему зубу, - делаю я горестное заключение, но продолжаю путь. -Куда ещё бечь-то?
Приезжаю на базу французского КФОРа, долго и мучительно знаками выспрашиваю дорогу, все время попадаю не туда. Наконец, нахожу.
Сидят два великих французских самурая медицинской службы, рукава халатов закатаны, взгляд совсем недобрый.
Ложусь в кресло, лягушатники смотрят, трогают зуб, долго «восхитительно - радостно» щебечут на французском. Я опять вспомнил мужа и жену Немировичей.
Вы представляете, им удалось показать жестами, что произошло с моим зубом, и как это будет выглядеть дальше?
Это удалось двум простым французским капралам!!!
Короче, зуб у меня ДРАЛИ три часа, заморозку пришлось делать два раза. Щипцами драли, скальпелем резали, всякими садистскими железяками тыкали, потом чего-то зашивали. Удалили.

Вместе с куском челюсти, как потом оказалось. Я еще удивлялся, откуда столько КОСТЕЙ в моем зубе? В российской поликлинике мне так потом и записали: "варварское удаление". Сам видел.
Ну, хорошо, удалили. Я весь потный, мокрый, "наколотый" , в залитом на груди кровью камуфляже, шатаясь покидаю гостеприимных французских докторов, прижимая к щеке пластиковый пакет с охлаждающими химикатами. Из не подчиняющегося мне рта текут кровавые слюни. И капают на землю.
И тя-я-я-янутся при этом.
Помните фразу из мультика: « Меня зовут доктор Мышьякович. Моя профессия – бесчеловечные опыты над людьми?»
Не помните? А вот я никогда не забуду!
На скамеечке перед госпиталем, в ожидании приема, сидели несколько легко больных французиков. Сигареты так и выпали из их онемевших рук, едва они глянули в мою сторону. После чего их ветром сдуло. Еще долго в этом госпитале не будет очередей! Да здравствует полевая французская стоматология.
Окончание следует.