В дополнение о приключениях Ханса. Смотри посты от 21-22 июля.

Чтобы как то скрасить наше существование у них в гостях, а так же чтобы помочь нам справиться с только что пережитым стрессом, гостеприимное командование базы разрешило нам посещение офицерского бара. Причем, доброе датское правительство даже решило оплатить наши возлияния.
Я не очень хорошо отношусь к «переупотреблению» алкоголя, но в этот раз решил расслабиться. Пережитая опасность сплотила полицейских из десятка стран мира еще больше.
В общем, я решил не отрываться от коллектива и мы, толпой бездомных оборванцев, отправились в офицерский бар.
Покидали мы бар около часа ночи. Кто как мог. Хотелось спать. Ещё хотелось писать. Очень хотелось.
Особенно мне и немецкому оберкомиссару Ульриху. Поддерживая друг друга, мы начали наше полное разочарований путешествие по полутемной базе. До этого, ни я, ни Ульрих на ней никогда не были и поэтому совершенно не ориентировались. Туалет мы искали примерно полчаса, но в своих поисках к цели не приблизились ни на шаг.
В момент просветления, Ульрих решил не мучиться больше и справить нужду в любом укромном месте. Это была ошибка. Мучения начались по новой, потому что база была маленькой, и это укромное место все не находилось. А справлять нужду на крыльцо собственного барака было западло.
В довершение ко всему, экономные датчане отключили большую часть прожекторов, которыми база освещалась.
В итоге, спотыкаясь и падая, мы забрели на какой-то пустырь и долго по нему брели, издавая полные муки стоны.
В конце концов мы упёрлись в невысокую кучу земли, обложенную негодными колесами от бронетранспортеров. Эта куча была навалена вокруг столба, зачем-то обмотанного веревками. Вершина столба терялась в густой черноте балканской ночи.
Стрекотали цикады.
-Всё, - сказал Ульрих глухим голосом,- я ссу прямо здесь, у меня больше нет сил.
Мужик сказал – мужик сделал.
Сильно покачиваясь, Ульрих расстегнул портки и приступил к процессу.
Я не отставал. И когда мы почти управились, раздался характерный громкий щелчок включаемого рубильника, а ночную темень разорвал свет нескольких прожекторов. На секунду нас ослепило. В специфических позах мы замерли, щурясь от яркого света.
-ОТОЙДИТЕ ОТ ФЛАГШТОКА! – прорычал с небес нечеловеческий голос, усиленный мощными динамиками.
В панике, я поднял голову и посмотрел вверх. Ульрих тоже задрал голову и, не удержавшись на ногах, плюхнулся на задницу.
Датский Бог! Мы обоссали знамя их части! Символ датской государственности! В ответ на их доброту и гостеприимство!
Мы совершили это кощунство прямо посередине плаца! Прямо перед зданием штаба!
На ходу застегивая штаны, мы бросились к баракам. Из громкоговорителей нам вслед неслись бульканье и всхлипы, издаваемые умирающими от смеха датскими солдатами.