Антон ОРЕХ,
обозреватель радиостанции «Эхо Москвы», специально для «Особой буквы»

Чего нам ждать 12 июня? Чего бояться? И бояться ли вообще? И надо ли идти? Заметьте, вопроса «Зачем?» уже нету!


Марш 12 июня лично меня определенно возвращает на полгода назад. И по смыслу, и по ощущениям. Не раз я уже вспоминал эти своим чувства декабрьского периода. Когда человек, сроду не ходивший ни на какие митинги, вдруг не просто хочет, а рвется пойти. Понимая, что не ходить нельзя, что сидеть дома невозможно. Тогда, в декабре, повестка дня была не так важна. Важным было выйти на улицу, дружно, всем вместе, чтобы было нас много, чтобы нас увидели и свои, единомышленники, и наши недруги. И чтобы самому в этой в хорошем смысле толпе увидеть знакомые лица. И лица незнакомые, но нормальные, отличающиеся от физиономий жуликов и харь воров, осточертевших на трибунах, в Думах, правительстве и прочих злачных местах.
Тогда, в декабре, выход на улицу не казался безопасным, увеселительным мероприятием. Потому что встрече на Болотной предшествовали многочисленные акции по 31-м числам, а непосредственно предшествовало собрание на Чистых прудах, как неожиданно многочисленное, так и довольно грубо «прерванное». Именно Пруды, с тогда еще незаметно стоявшим на периферии бульвара Абаем, стали толчком, отправной точкой. И 10 декабря началось то, что не затихает до сих пор.
После Болотной мое отношение к митингам и шествиям менялось, потому что я (да и не я один) нуждался в идеях, платформе, быть может, даже в лидерах. Чтобы не просто так выходить на площади — а с конкретными целями и добиваться чего-то осязаемого. Чтобы это не было искусством ради искусства. Чтобы протест не сводился к шествиям и прогулкам.
Потом было разочарование. Потому что идей не появлялось, платформа не вырабатывалась, маргинализация, наоборот, росла. И желание выходить на митинг в любую погоду, невзирая ни на какие обстоятельства, уходило.
А теперь вернулось вновь! Потому что сейчас, как и в декабре, — а может быть, даже сильнее, чем тогда! — снова появилась потребность именно в том, чтобы просто выйти. Всем вместе. В как можно большем количестве. Чтобы увидели свои и чужие.
Что же изменилось? Нет, новых идей не появилось, к сожалению. Общей протестной платформы нет, и о ней, по-моему, вообще больше никто не думает. И лидеры все прежние. Но жизнь — точнее, ее «хозяева» — сама создает нам повестку дня. Бессовестный, глупый, гадкий, противоправный закон о митингах снова «разозлил» горожан. И сам по себе закон, и та омерзительность, с которой он принимался в обеих палатах и подписывался Владимиром Путиным. Митинги, потерявшие значительную долю своего смысла, обрели все с лихвой обратно именно потому, что митинговать нам и запрещают.
Нам запрещают просто выходить на улицы! Не в рамках протеста, не по поводу каких-то акций, событий и дат. Нас могут схватить за то, что мы физически перемещаемся в пространстве. Для этого уже не обязательно что-то нарушать, кидать в ОМОН асфальт, скандировать речовки. Достаточно просто присутствовать где-то в сторонке. Достаточно надеть ленточку. А по сути, достаточно просто собраться на пикник, пойти компанией куда-то, даже выйти в булочную за хлебом. Потому что даже поход в булочную человека неблагонадежного является потенциально опасным для властей — вдруг он митинговать начнет на ходу?
В многомиллионном городе, где везде толпы, пробки, помехи пешеходам и транспорту, нас именно с этими формулировками смогут задерживать. Нас произвольно могут признать «фактическими» организаторами беспорядков.
Проще говоря, эти люди из числа жуликов и воров мешают нам жить. Уже не только выражать свою точку зрения, протестовать, требовать, а жить!
К тому же они постоянно врут. Врали они всегда, но сейчас это вранье перешло в клиническую острую фазу. Рассказы про то, что их новые ограничения, оказывается, полностью соответствуют международным нормам и практике, что их новые штрафы ничуть не жестче общеевропейских. Это такая ложь, которую они даже не маскируют. Потому что даже небольшого углубления в предмет достаточно, чтобы выяснить, что нигде в Европе нет таких норм. Что эти нормы нарушают не просто европейские, а наши собственные законы и Конституцию. Что нет в стране штрафов жестче, чем за митинги. Что, может быть, они и не больше, чем в Англии, вот только зарплата в Лондоне в шесть раз больше, чем в Москве.
Вот это терпеть и невозможно. Говорят, что в декабре люди вышли на улицы не столько ради свободы и прав, сколько потому, что требовали к себе элементарного уважения. И сейчас это чувство вновь возникло со всей остротой. Нас не уважают и даже не пытаются делать вид. Просто так все это снести, получить плевок в лицо и утереться? Да, будет, видимо, небезопасно. Но на это и расчет. Ради этого они так и торопились, пропихивая свою филькину грамоту через палаты.
Никого не призываю и не агитирую. Это дело сугубо добровольное. Просто пишу о своем личном желании и своих личных чувствах. Оставаясь в твердом убеждении, что, несмотря ни на что, выходить на митинг надо только с мирными целями и, что бы там ни случилось, сдерживать свой гнев и не поддаваться ни на какие провокации и призывы «ломать, штурмовать и прорываться».